Создание общей теории Всего

Я придумал средство от выпадения волос. Волосы почему падают? Потому, что свисают вниз. А надо взять палочку и поставить её на голову, чтобы волосы вились вокруг неё, как плющ. Они вьются вверх, а вверх падать невозможно, вот! Это моё собственное изобретение! Можешь использовать его, если хочешь! Белый Рыцарь Л. Кэрола — Алисе ------------------------------------------- Теоретику природа выморозила чувства и вставила один интеллект. Смутный мир переживаний и пламя страстей, радость и стыд чувственности, всё то, что так близко поэтам и женщинам, — всё это не его мир. Он может им интересоваться, но усваивает его только в качестве иностранного языка. Его мир — мир схем и определений. И что ему с этим делать среди людей, то есть того, что не определяется? Он может разложить и проанализировать. А обольщать и соблазнять он оставляет кому-нибудь другому. В компании ему трудно, как и компании с ним, где он всегда «белая ворона» и почти всегда «некстати». Он не старается ловить «тонкие вещи» во взаимоотношениях: когда что сказать или промолчать, когда уйти или остаться. Поэтому, как правило, он уходит. В результате это человек, как будто всегда отгороженный от окружающих какой-то невидимой, как бы стеклянной, стеной. Он не может, да и редко хочет, разомкнуть своё одиночество и выйти к людям, к себе же во внутренний мир пускает крайне неохотно. Теоретик — это человек-отшельник, человек «не от мира сего». Чаще всего он неразговорчив, однако с пол-оборота «грузит» подходящего собеседника своими теориями, например о строении мира. Теоретики — это великие теоретики. Не умея поддерживать самый элементарный светский трёп, они глубоко просистематизируют и обобщат процесс общения. Они напишут работу по психологии и философии человеческих взаимоотношений. В жизни они беспомощны, но в теории — всесильны. А научные работы их называются примерно так: «Самая общая теория Всего». Если Теоретика не трогать, он совершенно безобиден, но при этом не приручается и остаётся «вещью в себе». Близким людям рядом с ним спокойно, но неуютно: теоретик не даст им ни тепла, ни любви и благодарности, а некоторые его поступки могут выглядеть жестокими. На самом деле он не жесток, а просто аналитичен, а его холодность — скорее неспособность почувствовать душу другого, отсутствие эмоционального резонанса. Тем не менее он всё-таки человек, и, если его «скорлупа» даёт трещину, он обнаруживает неожиданную для окружающих ранимость.