Stephan Balleux

Бывают рты, из которых вываливаются словосочетания типа "настоящее искусство" или "настоящий художник". Слово "настоящее" всегда произноситься с особым придыханием, словно речь о чем-то, что совершенно не касается живых и испражняющихся людей - скорее божественных, райских принцесс, которые далеки от земной грязи. Речь о каких-то больше-чем-людях, которых вроде как и нет, которые не среди нас (мы потеем и грешим!), которые лишь танцуют в зазеркальях, на лугах с барашками и крылатыми пацанами с белоснежными кудрями. Когда я слышу фразу "Это настоящий художник!", тут же задаюсь вопросом: "А как же это?". И в силу естественной недоказуемости подобных манифестаций, нахожу единственный подходящий ответ: настоящий художник - это существо, которое при вскрытии оказывается наполненным густыми слизнями краски - цельными залежами акварельного или масляного разноцветья. Кольнул "настоящего художника" раскаленной иглой, и потекли рубиновые ручейки, травяные реки и водопады пшеничного цвета. Таким был Кисточка из мультфильма "Волшебный лес". Такими пишет людей Стефан Бальё (Stephan Balleux). И все это, конечно, ложь, но поэзия, в конце концов, может позволить себе быть неправдой. Лишь тот художник может быть канонически "трушным", внутри которого ни желудка, ни сердца, ни, собственно, человека - сплошная манна небесная да красочная химия. Третьего не дано. Третье болтовня. И, все-таки, хочется, чтобы людей было больше, чем "настоящих художников". (с) А. Ульянов