Просмотр фильма "ПУСТЫНЯ ТАРТАРИ" (реж. Валерио Дзурлини)

32 подписчиков

Desert of the Tartars/ПУСТЫНЯ ТАРТАРИ Год выхода: 1976 Жанр: война, драма Режиссер: Валерио Дзурлини /Valerio Zurlini/ Композитор: Эннио Морриконе /Ennio Morricone/ В ролях: Витторио Гассман /Vittorio Gassman/, Джулиано Джемма /Giuliano Gemma/, Хельмут Грим /Helmut Griem/, Филипп Нуаре /Philippe Noiret/, Жак Перрен /Jacques Perrin/, Франсиско Рабаль /Francisco Rabal/, Фернандо Рей /Fernando Rey/, Лоран Терзиев /Laurent Terzieff/, Жан-Луи Трентиньян /Jean-Louis Trintignant/, Макс фон Сюдов /Max von Sydow/ Экзистенциальная драма про офицеров французского гарнизона, которые несли службу в пустыне. Их отправили защищать границы империи от набегов дикарей-кочевников, однако за время существования форта никто и никогда не видел здесь врагов. Выпущено: DeL'Astrophore (Италия), Gaumont International (Франция), при участии ФРГ и Ирана 50-летний итальянский режиссёр Валерио Дзурлини, ранее отличавшийся лирико-социальными или антивоенными и политическими фильмами, в экранизации романа «Пустыня Тартари» Дино Буццати вдруг проявил себя как философ экзистенциального плана, задумавшийся на тему пребывания отдельного человека и всей цивилизации в некой «пограничной ситуации» или у «смерти на краю». Кстати, для самого Дзурлини, который так ничего больше и не успел снять, скончавшись через шесть лет, словно в точке «золотого сечения жизни», эта картина стала по-своему пророческой. Поскольку и герои «Пустыни Тартари» живут как будто в предощущении скорого и неминуемого конца своего земного существования, даже невольно желая приблизить скорбный исход, уже устав от навязчивого ожидания чего-то неизвестного. Буццати, вообще причисляемый к фантастам-мистикам, был всё-таки склонен к абсурдно-кафкианскому взгляду на действительность: и вполне можно сопоставить почти онтологическую растерянность героев «Процесса» и «Замка» с тотальным разочарованием офицеров из гарнизона в затерянной крепости где-то в песках в неведомой стране, которые ждут прихода со стороны пустыни совершенно непонятного противника. Режиссёр несколько снижает таинственность и загадочность истории, снабжая явную притчевость романа подробным психологическим исследованием характеров мужчин-воинов, оказавшихся вдали от своих родных и друзей. В какой-то момент даже можно воспринять рассказываемый сюжет как вполне реальный и жизненный, хотя неотступное чувство страха перед чем-то непостижимым всё равно придаёт ленте несомненный метафорический смысл. Нетерпеливо-безысходное ожидание неких вражеских сил (проще всего посчитать, что в однажды материализовавшемся мираже явятся из-за кромки барханов варвары на верблюдах, так называемые «татары», под коими с мифологических времён понимаются те, кто противостоит античному миру, ныне расширенному до границ европейской цивилизации) - словно упование на смерть, которая когда-нибудь наступит и определит смысл всей прожитой жизни. Может, и не зря, зачем-то это было надо, для какой-то цели предназначено... Вероятно, что герои чересчур озабочены подобными вопросами. Ведь «думать об этом - всё равно что знать день своей смерти. Незнание этого дня практически делает нас бессмертными». Как ни странно, фраза из «Соляриса» Андрея Тарковского (когда-то именно он разделил с Валерио Дзурлини главный приз Венецианского кинофестиваля) обнаруживает неожиданное сходство обеих картин и их главных проблем: человек перед лицом Неизвестного. Благотворительный клубный взнос - 10 грн.