Nodame Cantabile

В первую очередь, необходимо признать: у этого сериала самый лучший саундтрек всех времён и народов – практически, одни шедевры. Признанные классики мировой музыки трудились над произведениями, которые звучат здесь. Моцарт, Лист, Шопен, Бах, Рахманинов – каждый из них вложился по максимуму… и разве принципиально важно, что свои этюды, опусы и кантаты они создавали задолго до появления аниме и, собственно, телевидения? Когда музыка написана, она принадлежит всем и каждому. Можно думать о создателе и пытаться угадать авторский замысел, а можно просто играть или слушать. И снимать аниме по манге, посвящённой симфоническому оркестру из Японии, которая, в отличие от Франции или Австрии, отнюдь не является страной классической музыки. Не часто встретишь подобную честность: в открытую признать, что твоя страна – не центр вселенной, и без возможности учиться в Вене и Париже при всех своих талантах ты всегда будешь плестись в хвосте. Максимальное удаление от популярной фантастики, где «судьба мира решается здесь и сейчас», но при этом расширение пространства до масштабов всего мира. А как иначе, если в обязательную программу входят произведения людей, чьи имена не запишешь иероглифами, только катаканой? Герои «Нодамэ Кантабиле» – не просто японцы, но японцы-музыканты и японцы-ученики, обязанные вначале освоить всё, что придумано другими, и только потом привносить что-то своё. Видимо, это первая и самая тяжёлая жертва, на которую ещё не каждый способен – забыть о рвущейся наружу естественности, переступить через «хочу по-своему». И всё ради любви к музыке. Пускай эта страсть начинается с «насилия» – когда пятилетнему малышу дают в руки скрипку и прогоняют через обязательную пытку гаммами. Все эти виолончелисты и флейтисты похожи на спортсменов, сначала побеждающих собственную лень и неуверенность, а уже потом – конкурентов на конкурсах. И если для кого-то победа важна сама по себе, большинство продолжают хранить верность предмету своих чувств. Как и подобает тематическому аниме, «Нодамэ Кантабиле» не выходит за пределы своей области, но поскольку в центре повествования музыка, приходится решать синкретическую проблему, ведь музыка с трудом поддаётся словам или краскам. Любая картинка будет лишь иллюстрацией к звучанию, любые слова – не более чем пояснением. Можно только посочувствовать нелёгкому труду музыкальных критиков, которые ломают голову над новыми способами передать чувства искушённого слушателя – а порой крадут метафоры у классиков литературы. Правда, таких немного – способных с полузвука отличит скрипку от альта. Для обычного человека принципиальная разница между «до» и «фа» понятна в том только случае, если его когда-то в детстве пытались загнать, с тем или иным успехом, в музыкальную школу. Порой очень жалко, что не можешь оценить, насколько профессионально играют музыканты «Особого оркестра Штреземана», тем более что вопросы профессионализма занимают важное место в сюжете. В некоторых эпизодах смотреть «Нодамэ Кантабиле» – это всё равно что слушать разговоры специалистов, когда понимаешь только каждое третье слово и послушно внимаешь признанным мэтрам. Впрочем, японцы – во всех отношениях музыкальный народ. Именно в Японии изобрели караоке, чтобы приобщаться к прекрасному после пары кружек пива. Даже виолончелисты и флейтисты ходят в караоке-бары, правда, не все это любят… И пускай многие студенты консерватории Momogaoka вместо карьеры «по специальности» выбирают более обыденные занятия, стремление к чему-то возвышенному и неподвластному точным определениям присуще даже случайному прохожему, что услышал звуки рояля и остановился послушать, забыв о своих делах. Музыка, и особенно классическая, да ещё в хорошем исполнении, пробуждает чувства и выражает то, что бессильны передать слова и краски, она подобна эмпатии, когда душа свободно и бесстрашно открывает себя миру. Музыка – словно творческий порыв, доступный каждому, это любовь, без которой невозможно жить, воспоминания о сча