группа для тех кто хочет и кто может хоть как нибудь помочь этой семье

Она попала под машину, закрыв своим телом сына Елена ГЛУБОКОВСКИХ — 21.07.2008 - Как у тебя настроение, Равиль? – спрашиваю я у тоненького, как тростинка, ребенка с очень взрослыми глазами. Равиль откладывает в сторону игрушечный мотоцикл и тяжело вздыхает: - Ну какое тут может быть настроение… Его маме Зульфие всего 48, но она совсем сломана жизнью. Вся мебель в квартире – пожалуй, что ее ровесница. Кое-где в уголках притаилась пыль, вещи местами свалены в кучу. - Соцзащита, конечно, бывает, спасибо им, - смущенно говорит Зульфия. – Но всего они тоже не могут сделать. Уж не судите… Для осуждений здесь не место - Зульфия даже ходит с огромным трудом. Худые руки, седеющие волосы, только в глазах все равно светится решимость победить судьбу-злодейку. - Я боевая! Меня еще рано списывать со счетов! – храбрится Зуля. А сама с трудом даже открывает дверцы шкафа, ковыляя к ним, согнувшись буквой «Г». Я увидела, сколько там лекарств, и просто ахнула – целая аптека! Но Зульфия не ворох таблеток мне хочет показать, а свои стихи. Очень простые, где-то наивные, но такие искренние… Благодарность врачам, которые ее спасали, сетование на мир здоровых людей, которые порой просто не в состоянии понять ее проблем, и по-настоящему горькие слова: «Боль входит в нас без стука…» Еще девять месяцев назад она была вполне дееспособной, активной женщиной. Правда, болела эпилепсией - инвалид с детства, но с таким заболеванием можно жить полноценной жизнью. Женщина торговала на Центральном рынке: о том, что у Зульфии Мамлиной всегда самые лучшие грибы, знали все в округе. Она собирала их во всех уголках Башкирии, знала грибные места, это дело стало ее настоящей страстью. «Мамочка, не умирай!» В тот злополучный день, 13 октября, они с Равилем как раз насобирали грибов в пригороде Уфы и переходили дорогу в районе остановки «Озерная» (возле «Метро», по дороге в аэропорт). Две машины встали, чтобы их пропустить. Мама с сыном взялись за руки и зашагали по «зебре». - Но тут вдруг эти машины обогнала «десятка» и, видимо, не заметив нас, помчалась вперед, - с ужасом в глазах вспоминает Зульфия. – Машина ехала прямо на Равиля… Я оттолкнула его в сторону… и тут же потеряла сознание. Уже потом ей рассказали, что маленький Равиль метался вокруг истекающей кровью женщины. - Мамочка, не умирай! – в панике кричал ребенок. Лицо Зульфии превратилось в кровавое месиво, левая нога неестественно выгнулась. В больнице поставили диагноз – перелом берцовой кости, перелом основания средней черепной ямки, многочисленные ушибы, в том числе и ушиб головного мозга. Какие-то люди прибежали с остановки, начали делать искусственное дыхание, прямой массаж сердца, пытались успокоить бьющегося в истерике Равиля. А потом одна из женщин даже попросила врачей «Скорой» взять ее с собой, чтобы помочь Зульфие. Но те отказали - не родственница все-таки. С умирающей матерью поехал один Равиль, закусив нижнюю губу, чтобы снова не разрыдаться. В больнице не было мест, Зульфию положили где-то в коридоре. Она лежала там сутки, пока Равиль сам (!) не прошелся по больнице и не обнаружил там две совершенно пустые кровати. Но медсестра сказала, что это «платные» места. Тогда Равиль отправился к заведующему отделением и потребовал, чтобы его маму переложили со сквозняка. Тот уступил маленькому решительному человечку. Уже девять месяцев Зульфия практически не встает. Уже и главный оптимист Равилька сник от существования вдвоем с практически недвижимой матерью. Недавно прибежал из школы, покушал, что уж нашел на неприбранной кухне, подсел к маме на кровать и сказал совершенно нехарактерные для его нежного возраста слова: - Зачем эта жизнь, а? Мне она уже надоела. А потом еще заявил: - Мамуль, ну за девять месяцев и ребенка родить можно, а ты все не встаешь… После этой фразы Зульфия как-то встрепенулась, стала хоть через силу подниматься и ходить по комнате. Но каждый шаг ей дается с огромным трудом.