.

"Краткая хронология событий. 1 год до столкновения. Проект 'Дестини' должен был определить дальнейшую судьбу человечества. Но никто и предположить не мог, что он изменит эту судьбу в катастрофическом масштабе. Неизвестно, связан ли он был со случившимся в день его запуска, но не слишком ли случайное это совпадение? Тем не менее, первый крейсер Земли, способный преодолеть рубеж Солнечной системы и даже самого Млечного Пути, стал в том году центром всеобщего внимания. Миссия 'Дестини' заключалась в том числе и в попытке найти другие цивилизации, хотя даже создателей корабля терзали сомнения по поводу успеха этого аспекта первого интергалактического круиза. Год столкновения. День первый. То, что произошло, трудно описать словами... На самом деле, я пишу эти слова уже на третий день, так как мы с Крисом, пилотом этой небольшой спасшей нас орбитальной станции 'Гагарин', с трудом пришли в себя и безуспешно пытались наладить связь с планетой... Вспышка. Все началось с яркой вспышки размером с Луну. Буквально в ту же секунду, как таймер запуска 'Дестини' с орбиты достиг нулевой отметки. Огромный световой шар, внутри которого можно было разглядеть хаотическое движение желтоватой материи, появился из вакуума и моментально взял курс на Землю, по пути набирая обороты, словно гоночный мотоцикл. Этот кусок плазмы невероятного масштаба, словно гигантский кулак, буквально 'вбил' крейсер в планету, создавая взрывную волну, в считанные секунды прошедшуюся по всей поверхности и чудом не сбившую атмосферу планеты. <...> День седьмой. Небо на планете более-менее утихомирилось после столкновения. Сканер обнаружил жизнь на планете, но большую часть этих жизненных форм он назвал "внеземными". Я не понимаю, что там внизу произошло, но у меня есть веские основания считать, что мы с Крисом единственные, кого не тронула эта катастрофа, 'Гагарин', в отличие от других станций и спутников, находился на довольно большом расстоянии от трассы, по которой промчался похожий на плазму шар (теперь уже очевидно, что плазма здесь не при чем - в противном случае от планеты не осталось бы и воспоминаний, а защита 'Гагарина' просто не выдержала бы нахлынувшего жара). Хотя трудно сказать, что Криса произошедшее не тронуло. Он лежит у себя в каюте чуть ли не под наркозом, такой силы был у него нервный срыв на четвертый день, когда он осознал, что же случилось с планетой и что все его родные находились в это время на поверхности. В какой-то степени мне повезло, что по отдельности не за кого особенно было переживать. Как я написал выше, скорее всего я единственный, кто остался целым и невредимым после трагедии, поэтому отныне, так как вряд ли кому-то теперь понадобится специалист моей области, а спускаться на поверхность рано или поздно придется, я решил записывать хронику событий с единственной относительно объективной точки зрения - своей собственной. Надеюсь, потомки, когда разгребут всю эту кашу, оценят мой труд. За сим раскланиваюсь и следующую запись начну на другой карте памяти в день спуска, благо их здесь океаны." Выключив планшет, высокий блондин в черной рубашке и потертых джинсах потянулся к лампе, чтобы погрузиться, наконец, во тьму и отдохнуть после насыщенного дня. - Первые записи моего прадеда. - вслух подумал молодой парень - Он положил начало семейной традиции, кроме меня продолжать её уже некому. Знал бы он, как за эти семьдесят с хвостом лет всё изменилось... Но в одном он был прав, кто больше, кто меньше, но изменились все, кроме него и, соотвественно, его потомков. Блондин почесал за своими черными неко-ушами, устроился поудобнее, вытащив такой же черный хвост из-под себя, погасил свет и отправился смотреть сны.