Концерт MUJUICE в Алматы

Молодой экспериментатор Роман Литвинов по прозвищу Mujiuce играет продвинутый IDM, который одинаково приятен и слушателям-ветеранам, и начинающим. Под впечатлением от вальсов Шопена, которые ему в раннем детстве играла мама, Рома "Муджус" Литвинов начал свои музыкальные эксперименты с сочинения небольших фортепьянных пьес. Будучи подростком, он играл в хардкор-группе. Поиски альтернативных путей в электронике вскоре привели к тому, что она начала превалировать над рок-музыкой. С самого начала своих отношений с электроникой, он стал работать micro-sampling методом, предпочитая его сухому холоду цифровых синтезаторов. Сэмплоделике он остается верным и по сей день. Дебютный диск Mujuice, трогательный, странный и инфантильный Superqueer, вышедший на московском V135 в 2005 году, был доброжелательно встречен критикой и публикой. В нем почувствовали потенциал и отнеслись с интересом и доверием. Так он начал играть в клубах и на фестивалях современного и multimedia-искусства live-сеты из псевдо-симфонической, 8-bit, idm и glitch музыки. В 2006 году, молодой музыкант выпускает Still – прозрачный, атмосферный, романтичный и возвышенный deep techno релиз, с лихвой оправдав возложенные на него надежды. Параллельно, совместно c DJ Dzhem, Рома выпускает сплит, с мягким теплым click&cut джазом. А вскоре выходит винил Monochrome EP на лейбле Антона Кубикова Pro-Tez, что способствует его репутации перспективного техно-продюсера. Впрочем, сам он — противник жанровых ярлыков и клише и утверждает, что современный художник должен использовать все возможные средства. После года молчания Mujuice выпускает долгожданный и неожиданный диск. Cool cool death. Нежный и резкий, изысканный и искренний, хрупкий и агрессивный; инкрустированный острыми, но теплыми breaks, открытостью в лирике и бережным отношением к слову. Эклектичная эстетика psychedelic punk и hard-hop 90х. Dream pop и grunge. Glitch rock из осколков информации, поэтики digital massages, декаданса, поп-арта и волшебства. Роман рассказывает о новом альбоме: «Мне хотелось сохранить и передать свои ощущения от того, как музыка звучала у меня в плеере в детстве. Хотелось эклектики, но, скорее, внутренней, хотя я был щепетилен: я искал те самые snare drums и raw basses, что разбили мне сердце тогда. Я пропускал через гитарные fx процессоры синты, а гитару – наоборот, напрямую; записывал голос через наушники. Мне хотелось быть похожим одновременно на все, что помогало мне тогда. И чего мне так не хватает сейчас: нежности и агрессии, изоляции и внимания. Я старался быть на грани с overproduced rock albums 90-х, но при этом старался уделить серьезное внимание текстам».