Смерть 2 Rac

Дэвид Кеннер начал представлять Тупака в качестве его адвоката по гражданским и уголовным делам в Калифорнии, но Тупак также попросил и Charles Ogletree продолжать представлять его. Ogletree сказал мне, что он неоднократно писал письма в Death Row с просьбой показать контракт, который Тупак подписал в тюрьме, и заключить формальный контракт на более добросовестных условиях; но все его усилия, как сказал он, были “встречены молчанием и искажениями”. Ogletree также встретил сопротивление, когда попытался по просьбе Тупака уладить некоторые из его многочисленных гражданских судебных процессов. “Тупак вышел из тюрьмы без денег. Он говорил: 'я хочу разобраться с этим'. Я начал переговоры об урегулировании этого вопроса; он сказал: 'Так, у Death Row мои деньги, скажи им, чтобы прислали чек'”. Когда чек не пришел, продолжает Ogletree: “Я позвонил Кеннеру. Он ответил: 'Чек отправлен по почте'. Но чека опять не было и он скажет, что посылал его через FedEx. Когда чек так и не пришел, он скажет, что посылал его телеграфом”. Ogletree добавляет: “Нам надо было разорвать сделку, но это было невозможно. Нам было необходимо найти компанию грамзаписи. Тупак думал, что у него нет другой жизни за исключением данной ему Death Row”. В конце весны, по словам Ogletree, Тупак тщательно готовил свой уход. “Он имел Euphanasia, Outlawz, дела со съемками фильмов - он строил что-что, что должно было стать частью одного целого... У него была стратегия - идея состояла в том, чтобы сохранить дружественные отношения с Шугом, но отделить свой бизнес. “Прецедент ухода Dre с Death Row не особо ободрял. Администратор музыкального бизнеса, друживший с Dre, говорит, что Dre ушел, потому что ему не нравились “деловые методы” Найта. Dre отказался от своей доли в компании в обмен на относительно мягкое финансовое соглашение, а Interscope облегчила его уход, заключив с ним новый выгодный контракт. “Посмотрите на Dre, - говорит Ogletree. – Такой блестящий, творческий музыкант. Он основал Death Row, а чтобы выйти ему пришлось уступить практически все... Тогда, что же требовалось от Тупака, самой модной звезды, чей успех все еще возрастал?” С юридической точки зрения, по словам Ogletree, это было не так уж трудно: контракт, подписанный в тюрьме, мог быть оспорен. “Но вам же еще жить после этого... Вопрос был в том, как уйти целым и невредимым, сохранив здоровье”. “Я помню его как раз перед двадцатипятилетием, - продолжает Ogletree. – Этот день казался ему великолепным. Он никогда не думал, что доживет до двадцати пяти - но в его глазах была печаль, потому что его все еще связывали эти цепи. Это не то место, где он хотел бы быть. Я сказал: 'Ты можете быть всем, чем хочешь'. Он сказал: 'Я могу стать адвокатом?' Я ответил: 'Ты будешь чертовски хорошим адвокатом!' Я послал ему свитер Юридической Школы Гарварда”. Почти все лето Тупак был на съемах фильма “Gang Related”, в котором он снимался с Джеймсом Белуши. После того, как съемки закончились, Тупак решил отпраздновать это событие и пригласил одну из своих адвокатов - Shawn Chapman - на ужин в отель Peninsula в Беверли Хиллс. Хотя он долго встречался с Kidada Jones, дочерью Quincy Jones, это не мешало ему флиртовать с Chapman. Она помнит его уезжающим из Peninsula в темно-синем Роллс-Ройсе с опущенной крышей, в котором играла песня Синатры “Fly Me to the Moon”. Это был беззаботный романтический перерыв и одновременно переход к серьезному бизнесу, которым занимался Тупак. Всего несколькими днями ранее, 27-ого августа, Тупак разорвал критическую связь с Death Row. “Он провел весь день на съемках, а всю ночь в студии, - вспоминает Fula. – Он послал нас в студию, чтобы забрать кассеты, которые он записал ночью – он хотел их послушать. Они ответили “нет”, сказав, что Кеннер не позволит. Пак очень разозлился! Он уволил Кеннера... Я напечатала письмо... и он дал мне поручение нанять другого адвоката”. “Тупак ждал гораздо дольше, чем мне бы хотелось, - говорит Ogletree. - Но более опытным друзьям Тупака увольнение Кеннера показалось слишком поспешны