Jamiroquai

B 90-е годы, когда казалось, что всякое оригинальное творчество умерло, а музыкальный мир предавался переосмыслению наследия прошедших тридцати лет, выяснилось, что фанк фанку рознь. Если, например, в свое время любой мало-мальски имеющий слух понимал, что, невзирая на все различия, Майкл Джексон и Принс — артисты одного поля, то поверить в то, что девица Бритни Спирс и группа Jamiroquai имеют немало общего, теперь стало трудно. Именно Jamiroquai произвели с фанком довольно занятную операцию: сделали этот ритм синонимом хорошего вкуса. Попутно введя в обиход еще один модный эстрадный жанр: ныне осталось не так много поп-артистов, в репертуаре которых нет хотя бы одной песни с фанковым ритмом в диско-аранжировке. Словом, благодаря уникальности своего звучания, Jamiroquai оказались одним из немногих действительно популярных явлений, известность которого не была достигнута за счет компромисса со вкусом. Собственно, несмотря на то, что Jamiroquai — полноценная группа с подобающим набором музыкантов, обычно ее вполне справедливо ассоциируют с одним человеком: Джейсоном, или Джеем Кеем, горячим поклонником Стиви Уандера, вокалистом, автором большей половины всех композиций, названия группы, ее логотипа (характерного человекобыка, изображенного на всех пластинках Jamiroquai), личностью колоритной, безусловно талантливой и не лишенной внутренних парадоксов. Главный из них — любовь Кея к большим и быстрым автомобилям, каковая вступает в логичное противоречие со вполне радикальными воззрениями певца на природу и цивилизацию. Ведь первая пластинка Jamiroquai „Emergency On Planet Earth", вышедшая в 1993 году, была названа манифестом борцов за окружающую среду. Впрочем, сам певец не находит здесь никакого парадокса: в ответ обычно он рассказывает историю о том, как у него взял интервью журнал „Big Issue", продаваемый бездомными. В соответствии с интересами своей целевой аудитории, журнал подытожил это интервью редакционным выводом, что, мол, Джея Кея не должен любить никто, потому что он живет в особняке с одиннадцатью спальнями и ездит на „феррари". „Интересно, — недоумевает певец, — они что, хотят, чтобы я жил на помойке? Я уже жил там однажды. Они ничего не сказали о моем саде, в котором нет ни грамма пестицидов, о дорогах вокруг моего дома, которые я содержу в чистоте на свои деньги. Я же не говорю, что мы должны вернуться к образу жизни обезьян — так почему им дались мои машины?" Надо сказать, что Джей Кей немного лукавит в своем недоумении: судьба его именно в бездомных должна возбуждать сугубую зависть и раздражение. Уроженец Манчестера, Джейсон Кей появился на свет 30 декабря 1969 года в неполной семье: мать его была джазовой певицей и ведущей собственного телешоу; отца он не видел никогда. Уже будучи учеником в школе, он выяснил, что у него был брат-близнец, который умер в возрасте шести месяцев. Этот брат впоследствии стал для него своего рода мистическим спутником: Джей Кей не раз говорил, что живет жизнью двух человек. О матери он отзывается довольно скептически: она не позволяла ему ничего, не покупала даже пластинок, так что первый свой приличный магнитофон он приобрел только в сознательном возрасте. Учился Джей плохо, а в пятнадцать лет ушел и из школы, и из дома. Он ночевал на улицах, промышлял карманным воровством и периодически устраивался на самые странные работы. В 1989 году он приспособился жить в заброшенном таксомоторном парке, в котором не было электричества, а в крыше зияли дыры. В одной из случившихся там драк ему в лицо выпустили струю ядовитого газа, а потом ударили ножом. Дерущихся повязали; Джей Кей получил обвинение в ограблении, которого, по его словам, не совершал. Обвинение все же было снято, и молодой человек почел за благо вернуться домой. Дома он принялся сочинять музыку и вынашивать планы по созданию группы, играющей песни „как у Стиви Уандера". Он собрал музыкантов — барабанщика Дерека МакКензи, клавишника Тоби Смита, бас-гитариста Стюарта Зендера